Прошел год, как Лексу осудили на сэндо и посадили в тюрьму. За это время в таборе наладилась прежняя спокойная жизнь. Впрочем, время шло, и жизнь не стояла на месте.
— Миро, ты помнишь какой сегодня день?
— Конечно, помню, любимая. Сегодня день рождения нашего сына. Господи, уже целый год прошел, а за этот год так много у нас в таборе изменилось.
— Да, Миро, многое. Самое главное, что в хорошую сторону. Там папа, наверное, уже к празднику готовится, гостей ждет.
— Нам тоже уже пора идти, а то они нас ждать будут, — улыбнулся Миро.
— Тогда пойдем!
— Пошли.
Во дворе дома Баро собралась вся большая семья Рамира. Другие цыгане пришли просто поздравить Кармелиту с Миро и повеселиться на празднике, как любят они это делать.
За столом цыгане пожелали молодой паре всего самого хорошего и выпили за счастливое будущее.
— Баро! Что-то у нас как то не весело. Какой же праздник без песен? — радостно сказала Рубина.
После первых же аккордов гитары цыгане пустились в пляс:
Гори, гори, любовь цыганки,
Одной красавицы смуглянки,
Горит над нами сила властная,
Царит одна любовь прекрасная.
Я цыган, я сын полей
Во мне горят огни твоих ночей,
Песен звон и плач гитар,
Пьяных чар пленительный угар.
Лишь только хор цыганский запоет,
Знакомым жаром сердце обожжет,
И вольется в душу сладкий яд,
А гитары плачут и звенят.
Гори, гори, любовь цыганки,
Одной красавицы смуглянки,
Горит над нами сила властная,
Царит одна любовь прекрасная.
Праздник продолжался до самого вечера, когда уже Миро и Кармелита укладывали малыша спать.
— Ну как вы тут? — тихо войдя в комнату, шепотом произнесла Кармелита.
— Все в порядке, — тихо ответил Миро, держа Коленьку на руках. — Человечек почти уснул.
— Мой золотой. А ты положи его в кроватку.
— Смотрю на него и никак не могу насмотреться.
— Ну, конечно, это же наш с тобой сыночек...
